КОНЦЕРТ НА БУМАГЕ. 1986
ЗАПИСИ 1930-Х ГОДОВ. LP (ЛЗГ)
Мелодия М60 47079 008
Matrix / Runout: М60-47079/4-1
Matrix / Runout: М60-47080/4-1
ГОСТ 5289-80 Гр. 3. 2-25
Винил, LP, стерео, 33 1/3, Альбом , Сборник
Страна: СССР
Записан / Выпущен: 1939, 1985 / 1986
Жанр,стиль: Джаз, Свинг, Биг-Бэнд, ретро
mp3 320 кбит/сек. 111 Mb
Продолжительность: 39:24
СОДЕРЖАНИЕ:
СТОРОНА 1
01. Игра на пальцах, фокстрот (Р.Роджерс) - 03:01
02. Море, танго (И.Гладков) - Павел Михайлов - 03:09
03. Весёлый случай, фокстрот (обр. А.Цфасмана) - 02:38
04. Тирольский вальс (А.Цфасман) - 02:58
05. Парень с юга, негритянская песня-фокстрот (обр. А.Цфасмана) - 02:22
06. Звуки джаза, быстрый фокстрот (А.Цфасман) - 02:43
07. Сны, блюз (Букинс) - 02:30
СТОРОНА 2
08. Райна, танго (Дм. и Дан. Покрасс) - Мирон Раскатов, гавайская гитара - 02:41
09. Не будь печален, фокстрот (автор неизвестен) - 02:56
10. Вальс-мюзетт (автор неизвестен) - 02:36
11. Я не уступлю своего места, фокстрот (автор неизвестен) - 02:30
12. Черноморочка (Е. Жарковский - П. Панченко) - Эдит Утесова - 02:35
13. Десять дочерей (Е. Жарковский - Л. Квитко) - Леонид Утесов - 04:19
14. Я всегда с вами, квик-степ (Р. Хендерсон) - 02:38
Джаз-оркестр Всесоюзного радиокомитета п/у Александра Цфасмана (01-07)
Оркестр (09-11)
Джаз-оркестр п/у Леонида Утёсова (12,13)
Джаз-оркестр п/у Александра Варламова (14)
Записано по системе "Говорящая бумага" в 1939 году.
Человеку всегда хочется большего. Неудовлетворенность достигнутым — один из двигателей прогресса.
Грамзапись начиналась с «миньонов» — небольшой пластинки, на одной стороне которой помещалось произведение звучанием до двух с половиной минут. Другая сторона оставалась свободной. Спустя годы появились «гранды» — их звучание возросло почти на минуту — и «гиганты», умещавшие на своей стороне оперную арию или инструментальную пьесу на 4 — 5 минут. Это казалось пределом возможного! Но шло время, пластинка стала двухсторонней, и увертюра к «Севильскому цирюльнику», например, которая не «ложилась» на
одну сторону «гитанта», прекрасно располагалась на двух. Появились записи которые, как приключенческие романы, печатались с продолжением, с той разницей, что продолжение следовало не в очередном номере журнала, а на других сторонах пластинки. И всё же. С танцевальнойой музыкой и песнями куда ни шло — их трехминутный стандарт соответствовал возможностям обычного диска. Но «Пиковая дама» на сорока четырех сторонах — не слишком ли много для одной оперы?! И не влияет ли необходимость регулярно переворачивать пластинку на цельность художественного восприятия?
И вот в те годы, когда ни магнитофонов, ии долгоиграющих дисков еще не существовало, появилась «говорящая бумага», один рулон которой мог звучать без постороннего вмешательства 30-40 минут! Это казалось фантастикой!
Впрочем, фантастическим в новинке находили не только время звучания, но и материал, на котором шла запись («Бумага,способная говорить!»), и сам способ записи и ее тиражирования. Авторами изобретения, посягнувшими на граммофонные методы фиксации звуков, были инженер Борис Скворцов н режиссер Борис Святозаров, на счету которого к началу 30-х годов числилось несколько игровых и документальных фильмов, снятых в период расцвета «великого немого». Как это бывает, в основе изобретения Скворцова и Святозарова лежали новейшие достижения технической мысли — утвердившийся с приходом звукового кино принцип оптической записи звука, то есть преобразование изменяющихся по частоте и амплитуде звуковых волн в видимые световые колебания, которые фиксируются на светочувствительном слое кинопленки. Эту фонограмму изобретатели предложили перенести на литографской камень, который затем использовать как печатную форму для изготовления бумажных лент, впервые становящихся, таким образом, звуконосителем. Предельный размер типографской формы в то время равнялся полуметру — такого же размера приходилось изготовлять и ленты с фонограммами. Однако это препятствие легко преодолевалось: после печати полуметровые отрезки легко склеивались в рулоны необходимой длины.
В отличие от кинопленки Скворцов и Святозаров предложили на бумажных фонограммах печатать не одну, а восемь звуковых дорожек, располагая их параллельно в таком порядке, что после того, как кончалась одна из них, следующая за ней шла в противоположном направлении. Таким образом при воспроизведении исчезала необходимость перемотки ленты «на начало».
В соответствии с подобным принципом расположения звуковых дорожек работал и специальный аппарат, призванный читать фонограммы. Первые опытные экземпляры этой говорящей машины были выпущены в 1940 году и отличались довольно несложным устройством и техиическим совершенством. В этом аппарате совмещались лентопротяжный механизм оригинальной конструкции, блок с фотоэлементом, преобразующим световые колебания в электрические, усилитель и громкоговоритель. Всё это нашло место в добротном дубовом футляре с дверцами впереди, предохраняющими читающее устройство от постороннего света, вызывающего помехи.
Аппарат, получивший название «Говорящая бумага», работал так. На один из двух подкатушечников надевалась бумажная лента, смотанная в рулон, свободный конец её пропускался мимо блока с фотоэлементом, облегал барабан, приводимый во вращение электрическим двигателем (он питался от сети), и закреплялся на другом подкатушечнике, который в это время был прижат к барабану, — на этот подкатушечник предстояло перемотаться рулону.
Читающий блок устанавливался напротив первой дорожки, замыкал цепь питания двигателя, и аппарат начинал действовать. Перемотавшись до конца в одном направлении, лента освобождала контакт на опустевшем подкатушечнике, он замыкался, и электромагнит автоматически переключал схему управления двигателем на работу в обратном направлении. Теперь свободный подкатушечник в свою очередь прижимался к барабану, блок с фотолементом сдвигалсв на одно положение, соответствующее следующей дорожке, и так продолжалось до тех пор, пока после восьмой, последней звуковой дорожки этот блок не выключал всю схему. Кстати, слушать все восемь дорожек подряд было вовсе не обязательно - здесь аппарат мог удовлетворить самого капризного слушателя: приедалась песня, записанная на одной дорожке, - нажми кнопку, и читающее устройство само переключится на следующую.Спектр воспроизводимой фонограммы был несколько ограничен на верхних участках: в основном он лимитировался тем, что уменьшение толщины светогого луча, позволяя считывать более короткие импульсы, неизбежно приводило к снижению громкости. Но ничто в этой схеме не мешало отличной звукопередачи низких. Вообще, по ставнению с обычной пластинкой, «говорящая бумага» обладала рядом преимуществ. Помимо увеличения времени звучания, бумажные фонограммы открывали невиданный до той поры в звукотехнике и очень простой способ тиражирования - типографскую печать. Само использование бумаги в качестве носителя записи позволяло прибегнуть не только к более дешёвому, но и более доступному материалу: напомним, что для производства обычных пластинок был необходим дорогостоящий шеллак, ввозимый из-за границы. Наконец, считывание бумажных фонограмм происходило не непосредственно, как на пластинке, когда игла неустанно и последовательно повреждала звуковые бороздки, а на расстоянии, и это позволяло избежать постоянных спутников обычного диска - щелчков, треска и т.д. и гарантировало до трёх тысяч прослушиваний записи без ухудшения её первоначального качества! И сегодня, слушая «говорящую бумагу», удивляешься: время абсолютно не состарило её! На внедрение изобретения Скворцова и Святозарова потребовался немалый срок. Но в 1939 году на Фабрику звукозаписи Всесоюзного радиокомитета, располагавшуюся в Доме учёных на Кропоткинской улице Москвы, пришли первые коллективы, чтобы записаться специально для «Говорящей бумаги». На сцене концертного зала сменяли друг друга джаз-оркестры под управлением Леонида Утёсова и Александра Цфасмана, хор имени Пятницкого, Краснознамённый ансамбль песни и пляски Красной Армии, а в студии их выступления фиксировались на оптической фонограмме киноплёнки. Отсюда «исходный материал» направлялся на другую улицу столицы - Вторую Рыбинскую и на другое предприятие - фабрику «Говорящая бумага», что была создана при Объединении государственных издательств Российской Федерации, фабрику, предназначенную для печати новой продукции. За два предвоенных года было выпущено две серии фонограмм. Одна запечатлела речи советских партийных и государственных деятелей, выступления прославленных певцов и артистов нашей страны. Другая, в которую вошло около двадцати роликов, содержала записи оперы П. И. Чайковского «Иоланта» (с подробным комментарием) в исполнении ведущих солистов Большого театра, могтаж оперетты М. Блантера «На берегу Амура», концерты популярных коллективов - исполнителей народных песен и произведений советских композиторов, мастеров эстрады, программы танцевальной музыки. Изящные картонные коробочки, на лицевой стороне которых были изображены роскошный театральный занавес с кистями, трёхструнная лира, пылающий факел и бумажная лента, не успели завоевать всеобщей популярности, так и оставшись в истории звукозаписи диковинкой. Начавшаяся война и наступившая в сороковых годах эра бурного развития магнитной записи прервали работу над печатными фонограммами, сулившими при своём развитии немало интересного.
Рулоны «говорящей бумаги», сохранившиеся до наших дней, позволили (после реставрации и аппарата, и самих фонограмм) воскресить для этой программы песни и танцевальные пьесы, впервые появляющиеся на долгоиграющем диске.
АЛЕКСАНДР МЕЛЬНИКОВ, ГЛЕБ СКОРОХОДОВ
Реставратор Т. Павлова.
Редактор Г. Скороходов
Художник М. Подушкин
МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ СССР
Всесоюзная фирма грампластинок
(С)"МЕЛОДИЯ", 1985
Всесоюзная студия грамзаписи. Записи 1930-х годов
Ленинградский завод грампластинок
14.01.86. Тип. завода з 84-0-2200
Арт. 11-1. Цена 2 руб. 50 коп.
Оцифровка: aslrec (shanson-plus.ru)
ССЫЛКА:
СКАЧАТЬ ИЛИ ПРОСЛУШАТЬ
.jpg)
