Фото – Конрадт Песни - Виктора Цой Продюсировано - Кино Голос, ак. гитара - В. Цой Л. гитара - Каспарян бас - Тит драм. машина - Густав Альбом "Это Не Любовь..." был записан в мае-июне 1985 г. на студии у Алексея Вишни. Для всех нас он появился довольно внезапно, т.к. всю весну группа возилась с записью другого альбома под названием "Ночь", который в силу различных обстоятельств вышел только через 10 месяцев после его завершения. "Это Не Любовь..." включает в себя песни, характерные для Цоя только 1985 года. Ни до, ни после в ассортименте его вещей не было сколько-нибудь похожих "шутливо-любовных" песен. Как-будто тогда какое-то особое настроение наклонило его в эту, совершенно не характерную для него сторону. Мы решили сохранить для всех нас Витино авторское оформление этого альбома, потому что оно представляет собой особую ценность. И как бы альбом "Это Не Любовь..." не выпадал из героической направленности группы "Кино", это все равно очень приятная встреча, тем более сейчас, когда не понятно, что творится со всем миром и нами. Марьяна Цой март 1993
(C)(P) май 1993. Продюсерский центр АнТроп. Все права авторов, исполнителей и производителя данной записи в России защищены. Оцифровка: Валерий Маслов
Борис Гребенщиков — драм-машина, клавишные (01,03,06,11,12)
Сергей Курёхин — клавишные (04,05), Casio VL-1
Пётр Трощенков — ударные (02,07)
Георгий Гурьянов — ударные (06,11,12)
Всеволод Гаккель —ударные (11)
Андрей Радченко — ударные (12)
Игорь Бутман — саксофон
«Начальник Камчатки» — третий музыкальный альбом, записанный рок-группой Кино в 1984 году. Включён в сводку «100 магнитоальбомов советского рока» Александра Кушнира.
Запись «Начальника Камчатки» осуществлялась в студии Андрея Тропилло, а в роли её продюсера вновь выступил Гребенщиков — он по-прежнему оказывал немалое влияние на Цоя. Вместе они не только играли в совместных акустических концертах, но и увлекались древней китайской культурой, книгами восточных философов и поэтов.
«Когда я впервые услышал плёнку, записанную у Вишни, то понял, что из этого можно сделать нечто гораздо более интересное. У меня сразу же возник ряд идей по этому поводу — тем более что и Цой хотел сделать из этих песен что-нибудь более многоплановое. Мы дорвались до Тропилло и в паузах между аквариумовскими сессиями начали работать». Борис Гребенщиков Под влиянием Гребенщикова, Цой в то время прочно «завис» на «новых романтиках» и явно планировал изменить звучание камерно-барочной акустики раннего «Кино» именно в этом направлении. Для практической реализации подобных идей Цою были необходимы электронные клавиши, которые материализовались на сессии в облике маленького игрушечного «Кассиотона», привезённого Гребенщиковым из Москвы. Несмотря на то что клавиатура «Кассиотона» насчитывала всего три октавы, Гребенщиков попытался вставлять его почти в каждую песню, усилив неоновоэлектронную подцветку в и без того убийственно
холодных композициях.На запись «Начальника камчатки» пришёл Боря и сказал, что он будет продюсировать этот альбом. Продюсирование заключалось в следующем. Я, как обычно, всё писал, дёргался, вопил по поводу аранжировок, а Боря… Ему в то время, кажется, Липницкий дал такую музыкальную игрушку, называлась она «Кассиотон», размером с ладонь. Есть такие большие инструменты «Кассиотон», а это был маленький такой «кассиотончик». Мне оттуда сделали выход вместо динамика. Там было несколько занудных механических ритмов. Вот в «Начальнике Камчатки» их и можно прослушать. Что-то такое: тим-пам, па-па-пам… Всё это идёт непрерывно и в одной тональности. Это и была основная продюсерская идея
Бори — вставить этот «кассиотончик» желательно в большее количество номеров. Каким образом — это никого не волновало. Был визг, хрюканье, но надо было вставить. И вставлялось по мере возможности. В этом альбоме детская игрушка типа калькулятора или часов использована достаточно активно. Там,кроме всего прочего, было звуков двенадцать или двадцать, которые можно было извлекать, нажимая на клавиши. Или выдать какую-то готовую запрограммированную мелодию. Вот такой музыкальный инструмент — супер! Если помните, в «Последнем Герое» — та-там, та-там… Это как раз игралось на
«Кассиотоне» вручную, и Боря там был как бы клавишник «кассиотона». Андрей Тропилло
Поскольку стабильного состава у «Кино» не наблюдалось, в «Начальнике Камчатки» было задействовано значительное количество музыкантов из других групп. На бас-гитаре играл приглашённый из «Аквариума» Титов, а на барабанах стучали все кому не лень — Гаккель — музыкант «Аквариума» (ударные в композиции «Генерал») и Титов (малый барабан в «Транквилизаторе»), Губерман (экс-музыкант «Аквариума») и некий безымянный ударник, фамилию которого, похоже, сегодня уже не вспомнит никто. В песнях «Троллейбус» и «Каждую ночь» на барабанах играл Пётр Трощенков из «Аквариума». Изображенный на обложке альбома барабанщик «Кино» Георгий Гурьянов на записи фактически отсутствовал, появившись лишь на финальной «Прогулке романтика», в которой он выполнил
роль перкуссиониста, обозначая ритмический рисунок игрой на каких-то баночках
«В студии творился полный бардак, и весь альбом записывался достаточно спонтанно. Это был интуитивный подход, абсолютно без репетиций. Материал делался так: мы приходили на студию, и там Цой показывал вещи. И мы прямо в студии пробовали все слепить. Я свои партии придумывал на ходу, часто в зависимости от того, какой барабанщик сегодня с нами играет». Александр Титов, Цой как ритм-гитарист был, конечно, хороший. Но когда он пел, то, как глухарь, часто себя не слышал. Мог спокойно спеть на полтона выше, чем была настроена гитара. Для него это не играло никакой роли. Каспарян тоже хороший гитарист с неклассической школой игры. Но стили он менять не мог и играл достаточно однообразно. Андрей Тропилло . В нескольких песнях музыкантам подыграл на клавишах Сергей Курёхин.
«Я не мог воспринимать эту запись серьёзно. И я не мог рассматривать „Кино“ как музыкальное явлениеграндиозного масштаба. И если к „Аквариуму“ я относился, как к любимой игрушке, то „Кино“ были для меня совсем как дети. Они и песни-то пели детские». Сергей Курёхин. Несмотря на столь ироничное отношение, Курёхин не только помог группе
в музыкальном плане, но и привёл в студию Игоря Бутмана, наигравшего на нескольких
композициях запоминающиеся саксофонные соло.
Сессия вылилась в три недели беспрерывной работы, причём иногда музыкантам приходилось записываться по ночам. Определяющим стилем на альбоме получался минимализм, проявившийся и в лаконизме аранжировок, и в техническом оснащении, когда, к примеру, обработка звука гитары Каспаряна осуществлялась не через овердрайв, а при помощи советского магнитофона «Нота», выполнявшего в тот момент функции фузз-эффекта.
Несмотря на то что во второй половине сессии в студии отсутствовал внезапно захворавший Гребенщиков, к июню альбом всё-таки был доделан. Для Начальника Камчатки была записана песня «Саша», но не вошла в него по неизвестным причинам.
«Начальник Камчатки» получился настолько непохожим на всё, что выходило до этого в ленинградском роке, что никто толком не знал, как именно на него реагировать. Подпольная рок-пресса, отметив на альбоме с полдесятка беспроигрышных хитов, всё-таки съязвила на тему «атмосферы какого-то занудства». Поклонники группы, не будучи готовыми к подобным психотропным новаторствам, отложили окончательный вердикт до начала живых выступлений
электрического «Кино». Самому Цою альбом сначала показался несколько вялым,
но спустя год в интервью журналу «Рокси» он отметил, что сейчас подобный звук входит в моду: «Альбом „Начальник Камчатки“ был электрическим и несколько экспериментальным в области звука и формы. Не могу сказать, что он получился таким, каким бы мы его хотели видеть по звуку и стилевой направленности, но, с точки зрения эксперимента, это выглядело интересно». Виктор Цой. По всей вероятности, истина заключается в том, что, несмотря на мощнейший музыкальный материал, цельности в разработке определённого направления на альбоме все-таки не было. Группа сознательно отказалась от наивной непосредственности «45», а конкретная антитеза этому пока найдена не была. Всё это напоминало движение на
Боже, как давно это было! Я перебираю хрупкие и выцветшие
от времени листки папиросной почти бумаги — анкеты Ленинградского
Рок-клуба двенадцатилетней давности. Сколько пафоса! Сколько
наигранного юношеского сарказма и прозрачной иронии! А какие
названия! Кто мог тогда предвидеть хотя бы малую часть того, что
ожидало нас впереди... Неровный, постоянно заваливающийся
вправо и очень школьный почерк:
Ваш возраст — 19 лет.
Род вашей деятельности — студент ПТУ.
Какой аппаратурой владеете лично — 12-струнная гитара.
В каких группах принимали участие раньше — ПАЛАТА N 6.
В какой группе принимаете участие сейчас
— ГАРИН И ГИПЕРБОЛОИДЫ (жирно зачеркнуто).
И ниже, уже более уверенно — КИНО.
Адрес, телефон, дата — 26 сентября 1981 г.
и подпись — Виктор Цой.
Этот альбом появился ранней весной 1982-го, почти одновременно
с первым концертом КИНО на сцене PK (кажется это было в самом
начале марта) и был абсолютно другим, нежели весь тогдашний
питерский рок-н-ролл. Я вспоминаю первое впечатление от этих
песен: смешанное ощущение удивления, восторга, очарования от
его прямо-таки нездешней пронзительной свежести, неожиданной
для нас тогдашних, воспитанных на намёках и иносказаниях,
мудрой простоты — как будто кто-то разом открыл окна в
зашторенном много лет зале — и Город, в котором все мы жили, улицы,
по которым ходили каждый день, неуютные пустыни
новостроек и вечно серые переулки центра вдруг расцветились
немыслимыми красками — так настоящая Поэзия превращает в
праздник унылую обыденность будня... «Я посадил дерево», —
спел Цой в своём первом альбоме. Что бы то ни было, оно, это дерево,
и по сей день продолжает цвести и плодоносить.
Для нас с вами.
Андрей Бурлака
Виктор Цой — вокал, гитара
Алексей Рыбин — гитара
Борис Гребенщиков — гитара, металлофон, подпевки
Михаил Васильев — драм-машина, подпевки
Всеволод Гаккель — виолончель
Андрей Романов — флейта
Андрей Тропилло — флейта, подпевки
Музыка и слова — Виктор Цой
Запись 1982 года
Звукорежиссер — Андрей Тропилло
Фото из архива В. Цоя Графика — Виктор Цой
Техническая группа — Сергей Голицын,
Дмитрий Морозов, Олег Смирнов
Консультант — Виталий Фролов
2012. Moroz Records original pressing,
Ограниченный тираж 1000 штук.
На классическом черном тяжелом виниле (180 грамм).
В богато декорированном раскладывающемся конверте (gatefold):
полноцветная печать + печать серебром + матовая лакировка
+ тиснение серебряной фольгой + узорная УФ-лакировка.
Внутренний конверт - черная бумага и антистатический
полиэтилен внутри, предохраняющий пластинку от
механических повреждений и пыли.
Альбом ранее на виниле не выпускался.
Moroz Records
(С)ООО Музыкальное право, наследники В. Цоя. 2012
(С)ООО М-Фактори, 2012.
Изготовлено в Германии.
Barcode: 4640001404481
Оцифровка: intellect (rutracker.org)
%20(1).jpg)
%20(3-4).jpg)
%20(2).jpg)
.jpg)
.jpg)
